«Основное, чему я учусь, пока работаю экономистом — надо быть проще». Интервью с Рубеном Ениколоповым, ректором РЭШ

фотография Анастасии Зубаревой. ЛЭШ — 2019

Рубен Ениколопов, ректор Российской экономической школы, ведущий специалист в области анализа экономических данных. Работы Рубена Ениколопова публикуются в топ-5 международных научных журналов по экономике по версии Scopus. На собственные исследования он привлек суммарно более 2,5 млн долларов грантов. Входит в редколлегии таких научных журналов, как Review of Economic Studies, Journal of Comparative Economics, Applied Econometrics и другие.

Мы побывали в Летней экономической школе «I Love Economics», где вместе с Еленой Панфиловой и Ильей Венявкиным, Рубен Ениколопов участвовал в дискуссии на тему коррупции. ЛЭШ «I Love Economics» (ЛЭШ ILE) — проект Высшей школы экономики и сайта «Экономика для школьников» (ILoveEconomics.ru). Начиная с 2018 года, ЛЭШ ILE проводится в Подмосковье совместно с ВЭШ — Выездной экономической школой, известной многим участникам олимпиад своими сменами осенью, зимой и весной. В ЛЭШ-2018 побывали 323 школьника. Принять участие в ЛЭШ могут школьники, заканчивающие 8 — 10-ые классы. В 2019 году ЛЭШ проходит с 10 по 26 августа в доме отдыха «Покровское» в Московской области. 

В специальном интервью Рубен Ениколопов рассказывает о том:

  • Какие навыки необходимо развивать молодому экономисту;
  • Для чего нужны сложные математизированные курсы, и что из них нужно выносить в первую очередь;
  • Зачем посещать научные семинары, даже если методологически они сложны;
  • Почему нам сложно ставить исследовательские вопросы, и что с этим делать;
  • Почему «заужение» интересов опасно, и как с этим бороться;
  • Как научные статьи (не)меняют мир.

N.B.: На что нужно обращать внимание молодому экономисту? Как правильно развиваться? Какие навыки развивать?

Очень широкий вопрос. Развивать нужно набор навыков. Первое и достаточно очевидное — hard skills (технические навыки). То есть необходим определенный уровень математики. Есть миф о том, что математика должна быть очень высокого уровня, потому что экономика — это гиперматематизированная наука. Это не вполне правда, потому что есть разные области экономики. В одних областях действительно надо обладать чудовищными познаниями в математике, которых, например, у меня нет. Но в других достаточно и нормальных, а не каких-то супер-знаний. Из всех социальных наук экономика максимально приближена к естественным наукам по способу мышления, поэтому сам способ мышления должен быть четким, аналитическим.

То же самое относится и к методам анализа данных, которые становится всё более важными. Если смотреть на научные исследования в экономике, то наблюдается следующая глобальная тенденция: доля теоретических исследований падает, а доля эмпирических исследований растет. Поэтому анализ данных очень важен. 

Многих пугает момент, когда начинается курс эконометрики со «страшной» математикой. Но в ней гораздо важнее понимание базовых и интуитивных вещей, а не теории оборачиваний матриц и так далее. Остальное приложится. Вещь, которую точно надо вбить себе в голову и понять – это различие между корреляциями и причинно-следственными связями.

Это технические навыки, которые точно надо иметь.

Что касается softskills, безусловно, надо уметь презентовать свою работу. Мало просто сделать исследование. Если вы пишете в стол, то это может быть приятно вам, но это четкое «нет» с точки зрения общества. Вам надо сделать свою работу и донести ее до других через текст и презентацию. 

Если не брать в расчет теоретические работы, то в экономике ничего нельзя доказать. Можно только убедить.Это относится не только к экономике, но и ко всем эмпирическим наукам. На самом деле даже в математике, где можно доказать, необходимо убедить человека, что ему вообще надо об этом знать.Поэтому даже если вы можете дать строгий ответ на поставленный вопрос, но вам все равно надо показать, что этот вопрос интересен. Если вам не интересен вопрос, то вам совершенно все равно правильный или неправильный на него ответ. Поэтому навыки убеждения очень важны. 

Основное, чему я учусь, пока работаю экономистом — надо быть проще. Главная проблема исследователей в том, что они начинают уходить в дебри страшных методов, в маленькие детали того, что уже сделали и теряется то, что называется bigpicture.  

При этом они не понимают, что большинству читателей нужно еще рассказать, о чем вы вообще говорите и почему им это должно быть интересно. И только после того, как вы заинтересовали человека, ему захочется узнать ответ на вопрос. Если он начинает копаться в деталях, чтобы понять доказательство, эмпирический метод, данные, то этот человек уже ваш. Это значит, что ему интересно, и вы продали свою идею. Технически надо делать все хорошо и аккуратно, но это уже вторичное.Если вас не интересно слушать, то детали никого не интересуют.

Еще бывает такое, что люди нашли интересную тему, глубоко в ней копают, но забывают про широту своих знаний. Необходимо хорошо разбираться и в других вещах, которыми вы не занимаетесь. Самое интересное, как правило, происходит на стыке областей, знаний, подходов. Если быть специалистом по маленьким черным мушкам длиной 3 мм, то ваши три коллеги в мире, которые тоже занимаются этими мушками, будут с восторгом слушать о том, сколько у этих мушек усиков. Но этого немного мало, чтобы сделать что-то значимое. Надо, чтобы людям, не занимающимся вашим вопросом, было интересно знать, что вы изучаете.Для этого надо понимать, какие проблемы их интересуют.

N.B.: Это хорошо, когда ты понимаешь, что надо и широкую перспективу держать в голове, и технически делать правильно, аккуратно. Но как развивать чувство того, что твой исследовательский вопрос действительно интересен? Это приходит с годами, с чтением литературы?

Да, этого не надо бояться. Это такие навыки и знания, которые просто приходят в процессе практики. Это learning-by-doing. Как понять, какие вещи интересны? Как пишутся статьи? Надо читать очень много статей. Как понять, какие вопросы интересуют людей? Надо ходить на научные семинары. Это очень полезно. Важность этого в том, что ты видишь, на что делает акцент автор статьи. В тексте не всегда это можно понять. Еще более значительно то, что людям кажется сомнительным, чем они озадачены. Иногда в ходе семинара становится очевидным, какие существуют проблемы в исследовании. Понимание таких вещей приходит исключительно с опытом. Не то, что бы я сдал экзамен и теперь знаю, как писать научные статьи. Такого не бывает. 

Очень важно начинать писать тексты как можно раньше. Может, не очень глубокие или сложные с научной точки зрения. Учиться презентовать чужие работы тоже полезно. 

Рассказывать, почему они интересны, и раскладывать основные идеи по полочкам. После этого и свои презентовать легче. 

N.B.: У студентов часто возникает вопрос, нужно ли посещать научные семинары. Бакалаврам, даже математически подкованным, бывает тяжело воспринимать презентации.

Бывают реально технически сложные семинары. Меня, бывает, вырубает на семинарах по теоретической экономике. Это нормально. Ненормально, если вырубает в первые три минуты. Люди должны уметь объяснить, зачем это нужно. Должна быть мотивация, понятная всем. Потом, когда уходят в технические детали, я тоже иногда теряюсь.

фотография Анастасии Зубаревой. ЛЭШ — 2019

N.B.: Есть мнение, что у российских студентов нет проблем с hard skills, но есть проблемы с постановкой исследовательских вопросов, обоснованием почему они интересны, зачем стоит решать сложными методами. Почему такая проблема именно у российских студентов? Есть ли похожая проблема у студентов из других стран?

Есть, еще хуже ситуация у китайцев. Это очень хороший вопрос, глубокий. Чаще всего, интуитивно понимают, но объяснить не могут. Подобные проблемы идут из школьного образования и иерархичного общества. Образование такое: слушайте меня, дети, и внемлите тому, что я вещаю. Учитель ставит задачи, но это не способствует развитию критического мышления и постановке вопроса. При такой системе образования есть начальник, и он все знает. Очень распространенная практика, когда научный руководитель ставит вам задачи, а вы приносите результаты. Это худшее проявление работы с научным руководителем. Китай — это самый яркий пример с похожими проблемами

В Америке экономическое образование, в среднем, лучше. Экономика как наука там больше интегрирована в реальную жизнь. В России же на академическую экономику смотрят исключительно как на оторванную от жизни науку. В реальности так не работает, потому что самые интересные исследовательские вопросы взяты как раз из жизни. Шел по улице, увидел проблему и думаешь, как подойти к ней с точки зрения экономики. Конечно, это не касается теоретической эконометрики и подобных областей.

Студенты часто ищут научный вопрос. Не надо искать научный вопрос, надо искать жизненный вопрос, релевантный для экономики, и на который хочется ответить. И тогда уже этим заниматься. Если вопрос не интересен и вам, и с точки зрения реальной жизни, то он и с научной точки зрения не интересен.

Все интересные вопросы рождаются из реальной жизни. Если смотреть на модные в экономике темы, то можно очевидно проследить, как исследовательские вопросы связаны с реальностью. После кризиса 2008 года был расцвет макроэкономики, потому что появилась большая и жирная проблема, которую надо решать. Макроэкономика, особенно связанная с финансами, была до этого сама по себе не модна, а тут стала. Это логично: есть реальная жизненная проблема, и ее хотят решить. У российских студентов это чувство часто теряется.

N.B.: Как развивать умение ставить вопросы? Многие исходят не от вопроса, а от ответа. Или не от вопроса, а от данных.

Часто бывает, что поставленный вопрос интересный, а как на него ответить – не понятно, так как нет данных. Тогда речь идет о том, что студенты неамбициозные, и отсутствие данных их останавливает. Надо собирать данные вручную. Я говорил ранее, что растет доля эмпирических исследований. Так вот, еще одна тенденция, что среди них падает доля тех, что реализованы на открытых базах данных. Самые интересные исследования проведены на новых данных, потому что если вы задаете новый вопрос, то и данных таких обычно еще нет. Большинство людей что делают? Нет данных? Жаль, пошел искать другой вопрос. Правильно думать о том, как можно их собрать и где достать. Если окажется, что нельзя, или это, скажем, опасно для жизни, тогда можно переключаться. Но очень часто это не так. 

Нестандартные исследования, где используются новые данные или хорошая мера чего-то, в этой профессии очень ценны.

N.B.: Или если данные из другой области. Например, у Галора была статья про аллели. Поразительно то, что он пошел по вектору, в направление которого экономисты вообще не думали. Или думали, но не знали, как применить. Но это искусство – уметь владеть такими данными.

Надо разговаривать с людьми из других областей. Очень много интересных вещей находится именно на стыке. Про Галора конкретно не знаю. 

Нужно читать не только про то, чем вы занимаетесь, но интересоваться и другими вещами. Необходимо широкое понимание того, что происходит.

N.B.: То есть еще один совет молодым экономистам – это интересоваться широким спектром вопросов?

Да. Как определяют Топ 5 академических журналов? Они официально называются General Interests Journals. То есть статьи должны быть интересны широкому кругу. Широкому кругу внутри экономистов – это уже не мало. «Заужение» своих интересов означает, что вы никогда не преодолеете планку топ-5, потому что вы должны разговаривать с людьми из других дисциплин, им должно быть интересно. Даже с точки зрения циничной научной карьеры это должен делать каждый.

N.B.: Вы говорите о том, что наука не должна отрываться от реальности. Мы берем исследовательский вопрос из реальной экономики конкретной страны. Ставим конкретный вопрос и находим ответ. А дальше это прикладное исследование может быть учтено? Его результаты могут быть применены правительством?

Вот это все-таки разные вещи. Если вы хотите написать статью за тем, чтобы ее сразу бросились исполнять, то это не будет наукой. Надо понимать, что интеллектуально одна статья не переворачивает мир. Не то, что бы люди прочитали статью и сказали: «О, с завтрашнего дня мы будем жить по-другому». Ваша статья – это кирпичик в здании. А несколько статей – еще лучше, тогда это может поменять представления людей о жизни. Из-за того, что я написал статью, мир изменился, правительство стало работать по-другому – такого не бывает. И в прикладных исследованиях тоже.

N.B.: Прикладные исследования – это исследования World Bank, NBER, IMF?

Например, да. В Америке это еще и FederalReserve. Они гораздо ближе к практике. Путь академической статьи длиннее. Написал я про аллели, что мы из этого можем вынести? Что-то можем, но люди не начинают сразу же вести себя по-другому. 

N.B.: Такие статьи, скорее, интересно читать как научно-популярные книги.

Если в это поверить, то результаты многое говорят про diversity, но представления людей о жизни меняются не сразу по волшебству. Это нормально. У статьи будет потенциал.

Бывают другие работы, у которых есть негативная коннотация — прикольные статьи. Это диагноз. Слегка подыздевываются над «Фрикономикой». Многое из того, что делает Стивен Левитт – прикольное, но не более того. Нашли какой-то источник экзогенной вариации, показали, что что-то влияет на что-то. Здорово. И что дальше? 

N.B.: То есть Вы негативно относитесь к «Фрикономике»?

Есть важные вещи, а есть прикольные. Я не люблю его статью про суммоистов. Читерство, да, и что мы узнали? На самом деле ничего. Никого это не удивило, все и так знали. Просто аккуратно показано методами. Fine. А статья про аборты и преступления – это, конечно, важно. Другой вопрос — никто до сих пор не может понять, правда это или нет. Но это нормально.

Над интервью работали: Мария Гребенщикова, Валерия Кука, Мария Кучеренко, Татьяна Яковлева

Вставить формулу как
Блок
Строка
Дополнительные настройки
Цвет формулы
Цвет текста
#333333
Используйте LaTeX для набора формулы
Предпросмотр
\({}\)
Формула не набрана
Вставить
%d такие блоггеры, как: