Егор Яновский – научный сотрудник Международной лаборатории теории игр и принятия решений приехал в Россию, пройдя бакалавриат и магистратуру в Новой Зеландии и получив PhD Oxford. Мы спросили у Егора, чем работа и жизнь в России отличается от его предыдущего опыта в Новой Зеландии и Великобритании. 

Из этого интервью вы узнаете: 

  • Система высшего образования в Новой Зеландии и России – похожи или нет? 
  • Чем написание курсовой в России отличается от написания курсовой в Новой Зеландии? 
  • Как попасть в Оксфорд? 
  • Чем работа в Академии может быть лучше работы в Индустрии?

N.B.: Какие отличия в системах образования в Новой Зеландии, Великобритании и России?

Е. А. Яновский: Довольно тяжело говорить о системах образования, ведь и в Новой Зеландии, и в Великобритании я работал в одном университете с одной какой-то системой. Что мне больше всего бросилось в глаза здесь, это то, что у вас курсы более-менее фиксированные. То есть студент в самом начале выбирает образовательную программу и целый фиксированный набор дисциплин. У нас в Новой Зеландии установлена система, при которой студенты сами выбирают почти все свои курсы, и получается, у всех более разнообразное расписание, разнообразное образование.

Потом из этих курсов уже складывается «название» твоей профессии.

Наверное, это главное, что приходит в голову.

N.B.: А как вы поняли, что хотите пойти в магистратуру, а потом на PhD? Почему вы решили именно такой выбор сделать?

Е. А. Яновский: Я пошел в университет, потому что я не знал, что бы я делал в жизни, и остался в Академии из тех же причин. То есть подошел к концу бакалавриат, а что делать с собой не решил и подал в аспирантуру на шутку, а они меня приняли. Ой, ужас, пришлось идти. А с магистратурой получается что, в Новой Зеландии академический год синхронизирован с годом по календарю, то есть учеба начинается в феврале, а заканчивается в ноябре. А в Англии, конечно, по европейской системе от сентября до июня или июля. То есть получается, что есть перерыв между тем, как я заканчиваю мой бакалавриат и начинаю мою аспирантуру в Англии, месяцев шесть. И я решил в это время поступить в магистратуру в Новой Зеландии.

N.B.: То есть магистратура длится всего шесть месяцев?

Е. А. Яновский: Ну, она длится год, но если успеешь вовремя написать диссертацию, то почему бы нет?

N.B.: А что нужно было, чтобы поступить в Оксфорд?

Е. А. Яновский: Насколько я понимаю, меня приняли, потому что у меня были публикации, а в моей дисциплине это редко для бакалавра. Так что я прошел на этом.

N.B.: Насколько я знаю, после учёбы вы пошли работать программистом. Почему вы решили отказаться этой должности и вернуться обратно в Академию?

Е. А. Яновский:

Здесь работа, скажем, более разнообразная. Программистам нужно весь день думать, а здесь немножко подумаешь, немножко студентов потревожишь, немножко с коллегами пообсуждаешь – меньше устаю в конце дня. А это важно – когда устаешь, то на свою жизнь не хватает сил.

N.B.: Вы же работали в университете когда-либо до России?

Е. А. Яновский: В Новой Зеландии я работал кратковременно пост-доком, но это был очень короткий срок. Во время аспирантуры я еще преподавал немножко, но в Петербурге, наверное, моя первая настоящая академическая работа.

N.B.: А почему вы не остались в Новой Зеландии или в Великобритании работать в Академии? Почему переехали в Россию? Чем вас привлекает Россия?

Е. А. Яновский: В Великобритании не останешься, своих хватает, да еще ЕС (Европейский Союз), так что нет места там бывшим колониям. В Новой Зеландии не мог найти работу в Академии, а программистом жить было слишком. Ну, это не жизнь, это существование. А в Россию, почему бы нет? Всё-таки семья из этих краев, какая-то культурная связь, так что интересно было посмотреть, как здесь люди живут.

N.B.: А в Европу не хотелось?

Е. А. Яновский: Кое-куда подавал, кое-где не взяли, кое-куда не хотел ехать, так что большого желания не было.

N.B.: Чем академическая система в России отличается от той, в которой вы были до этого? Какие в ней есть плюсы, какие минусы и что, может быть, стоило бы изменить на ваш взгляд?

Е. А. Яновский:

Не знаю это Россия или чисто Вышка, но здесь меня смущает пофигизм по отношению к студентам и преподавателям.

Например, я сейчас преподаю теорию игр, прошло около восьми недель с начала курса, и до сих пор мне не дали определенной аудитории, где вести курс. Каждый раз я до начала класса должен звонить им, в отдел бронирования, спрашивать, где мы сегодня, меня присылают в комнату, там уже есть кто-то другой, так что наше занятие точно не там, поэтому мне приходится оккупировать первую аудиторию, которая попалась. По-моему, это недопустимое обращение и с работниками, и со студентами. Еще факт, о том, что я составляю курс не заранее, за полгода, как следует, а за пару недель до начала курса. Это тоже, по-моему, не очень вежливо. Такие тут минусы. А плюсы, не знаю, может, найду.

N.B.: А именно во внутренней среде лаборатории есть минусы или что-то наоборот, интересное по сравнению с тем, что у вас было до этого?

Е. А. Яновский: Нет, здесь все нормально устроено.

Меня пугали, что в России все будет намного строже, чем на западе, но на самом деле нет. Академики везде бездельники, везде им хорошо.

N.B.: А вы бывали когда-нибудь на других лекциях или семинарах в России? Чем они отличаются от той системы преподавания, которая была в Новой Зеландии или в Оксфорде?

Е. А. Яновский: Ну, у вас дико длинные классы. Две пары — это три часа, это нереально. У нас класс 50 минут и все, можно сосредоточиться. И лектор устает, и студенты не слушают, кому это нужно?

N.B.: А еще есть какие-нибудь отличия? Именно в том, как преподаётся материал? Я слышала, что в Европе стараются на относительно легких примерах объяснять какие-то явления.

Е. А. Яновский: Это личный стиль лекторов. Каждый по-своему.

N.B.: Вы же видите как ваши коллеги занимаются наставничеством. Их работа чем-то отличаются от того, как это делают за границей?

Е. А. Яновский: Я думаю, что здесь большая разница в том, что здесь в России студенты делают проект прямо во время образования.

В Новой Зеландии можно пройти бакалавриат без единого проекта с руководителем, то есть, если к нам приходит студент — это или уже магистр, а магистры у нас считаются умнее, чем бакалавры, а не так, как здесь, или какой-то специальный бакалавр. Получается отбор.

Студенты, которые попадают под руководство, уже более заинтересованы, уже более продвинуты. И получается, что из-за этого, посыл не меняется, уже нацеленность на публикации, на науку, потому что заметно, что студенты уже что-то знают.

N.B.: А как у вас получилось тогда публиковаться во время бакалавриата?

Е. А. Яновский: У нас можно было начать проект с руководителем, но это не требовалось и далеко не все разрешали.

И я был один из тех студентов, который пробивался куда не требовалось.

N.B.: Над какими проектами в лаборатории вы работаете сейчас? Поддерживаете ли вы связь с иностранными коллегами или, возможно, работаете в других международных лабораториях?

Е. А. Яновский: Связи не особо поддерживаются, работать на расстоянии нелегко. У меня есть пару коллабораций с иностранными коллегами, но вроде бы они никуда не движутся. Здесь я работаю в основном в теории голосования, что один, что вместе с Алексеем Кондратьевым. Конкретно, и у меня, и у Леши есть мечта – применять вето-ядро Мулана для того, чтобы революционизировать системы групповых рекомендаций. Но пока из этого ничего не вышло, и, честно сказать, вряд ли выйдет.

N.B.: А что такое вето-ядро Мулана?

Е. А. Яновский: Это способ голосования, где мы спрашиваем не «кто самый лучший кандидат?», а «кто самый худший?», и их постепенно удаляем, если есть те, кого это не слишком сильно возмущает.

N.B.: Как работает правило Мулана?

Е. А. Яновский: Правило основывается на кооперативной игре, мы даем каждой коалиции игроков возможность заблокировать число кандидатов более-менее пропорционально ее размеру, и в этой игре ищем ядро. И это ядро и есть наши выигравшие кандидаты.

N.B.: Работа над какими проблемами в экономике действительно требует вовлечения мирового сообщества? Что сейчас самое важное или животрепещущее, какой вопрос сейчас таким является в экономике? На что следует обратить больше всего внимания?

Е. А. Яновский:

Ну, чисто по России, главная проблема здесь, скажем, неэффективные бизнес-процессы. Читал статистику, что на одного рабочего в банке на западе требуется пять рабочих в России, чтобы сделать ту же самую работу.

Если так, то понятно почему мы такие неконкурентоспособные с западом. И это тоже видно из своего опыта, идешь в офис банка, отдел почты, видишь везде всегда очередь. В Новой Зеландии я не встречал такого. Заходишь, нет электронной системы, нет билетов – просто идешь в кассу и тебя обслуживают. Там справляются с потоком людей, а тут нет, так что что-то здесь не так.

N.B.: А как к этому можно применить теорию игр?

Е. А. Яновский: Скорее всего нужны всякие operation research, но, я думаю, это проблема не только в том, что мы не знаем ответы, а в том, что всем до них нет дела. Те, кто имеет силу, уже имеют, скажем, место под солнцем, а остальные ничего сделать не могут.

Над интервью работали:

Транскрибатор: Дарья Теплова

Редактор: Дарья Теплова, Валерия Кука

Меню
Вставить формулу как
Блок
Строка
Дополнительные настройки
Цвет формулы
Цвет текста
#333333
Используйте LaTeX для набора формулы
Предпросмотр
\({}\)
Формула не набрана
Вставить
%d такие блоггеры, как: