Кирилл Борусяк в этом году получил степень PhD в Гарварде и теперь занимает позицию постдока на экономическом факультете в Принстоне. Специально для читателей NBJ он рассказал не только о том, что ждет PhD-студента, но и о результатах своей научной работы в сфере международной торговли и прикладной эконометрики, а также об исследованиях своих коллег.

Специально для читателей N.B. Кирилл Борусяк рассказал:

  • Кому (не) стоит поступать на PhD;

  • Что такое Job Market Paper и какие исследования проводят PhD-студенты в Гарварде.


N.B.: Сегодня многие говорят о PhD программах и заранее готовятся к поступлению. Как прийти к осознанию того, что пора ступить на нелёгкий путь PhD?

Единого рецепта, стоит ли ехать на PhD, конечно, быть не может. Главное – принимать это решение осознанно, а не по инерции. В первом приближении: если вам кажется, что с большой вероятностью вы хотите заниматься наукой и вы в целом представляете, в чём состоит работа учёного – полный вперёд. Но работа в науке – профессия специфическая и подходит вовсе не всем. Очень может быть, что вы ещё не знаете, чего именно вам хочется. В таком случае я бы советовал сперва разобраться в себе, хотя передумать позже вы, конечно, тоже сможете. Полезно поработать где-нибудь в частном секторе год-другой: в науке пригодится и реальное представление о том, как устроен бизнес. Или можно побыть research assistant у какого-нибудь профессора, чтобы посмотреть, как устроена научная жизнь изнутри.

Напротив, очень опасно думать, что хорошие оценки – это уже достаточный повод ехать на PhD.

Пожалуй, самая частая причина неудач, которые я видел, это когда прилежные студенты приходят на PhD и остаются такими же студентами, волнуются об экзаменах больше, чем о поиске интересных научных вопросов.

Мотивы заниматься наукой, а следовательно, идти на PhD, могут быть разными. Кому-то хочется менять мир и общество к лучшему. Это тяжело, будь ты экономист или нет, и всё время будет казаться, что ничего не получится. Для других наука просто очень интересна, так как нужно решать задачи, которые никому ещё не дались, и будет казаться, что они не решатся. Кому-то нравится, что нет начальника и можно ставить самому себе задачи. Во всех этих случаях нужна сила воли и мотивация, чтобы чего-то добиться, поэтому нужно заранее знать, зачем вам это надо.

N.B.: Поскольку PhD трек сильно отличается от альтернативных вариантов продолжения обучения в России или выхода на рынок труда, то возникает вопрос о том, какова жизнь PhD студента? И есть ли жизнь после получения PhD?

Из плюсов – у вас много свободы: можно искать вопросы, которые вам интересны, есть время на разные хобби и путешествия. Из минусов – в большинстве университетов вам платят не очень много денег, хотя их и достаточно для жизни. Кроме того, эмоциональное давление сильное: сперва необходимо сдать все курсы, потом написать хоть какую-нибудь работу, потом – job market paper. Наука – конкурентная сфера, и даже после лучших PhD программ лишь немногие получат хорошие академические позиции, что создаёт большой стресс. Более того, склонные к науке люди в среднем не самые устойчивые к стрессу. В итоге получается, что разные PhD студенты проживают этот период времени сильно по-разному:

Кто-то успевает научиться ходить на яхте и посещает 40 стран (например, для «сбора данных»), другие всё время страдают от тяжёлых депрессий.

N.B.: Что такое Job Market Paper и когда пишется работа?

Это основная статья, которую должен написать PhD студент и которая является основным (хотя не единственным) критерием при получении работы профессора после окончания программы. В ней, кроме ответа на интересный вопрос, желательно показать как можно больше своих навыков, поэтому она заметно длиннее обычной статьи. JMP должна быть написана осенью последнего академического года (чаще всего шестого, но нередко и пятого). Но начинать думать о ней нужно довольно рано: в принципе все статьи, которые вы напишете за время PhD – это попытки поиска JMP. Некоторые работают над этой одной статьёй по три года. У меня получилось немного медленнее, чем в среднем: общая идея появилась осенью пятого года, а окончательный вопрос и подход – вообще весной. Поэтому времени на написание было меньше.

Конечно, здесь важна роль научного руководителя. Очень хорошо, когда он даёт хорошую обратную связь: какие идеи стоит попробовать, а какие лучше отложить (хотя заранее невозможно точно предсказать, что выстрелит). Но такие не все. И полезно иметь в виду, что общий стиль научного руководства заметно разнится между PhD программами.

N.B.: В этом году ты приезжал в Санкт-Петербург на конференцию “Industrial Organization and Spatial Economics”, которую проводила Лаборатория теории рынков и пространственной экономики, где презентовал свою JMP «The distributional effects of trade: Theory and evidence from the United States». Расскажи подробнее про исследование, почему его результаты важны?

Моя JMP была про то, как международная торговля по-разному влияет на различные демографические группы в США. Группы, которые потребляют бо́льшую долю импортных товаров, будут выигрывать сильнее, так как либерализация торговли делает эти товары дешевле. Но никто раньше не знал, какие же это группы населения, хотя и было общее представление, что бедные люди покупают больше китайских товаров. Мы с соавтором построили детальные данные по доле импорта в структуре потребления.

Выяснилось, что в данных много нюансов: богатые и образованные люди тратят больше на сервисы (к примеру, ходят в рестораны чаще), а в них доля импорта низка. Но с другой стороны они же покупают больше электроники, которая в основном импортирована, в том числе и из Китая. Более того, богатые чаще покупают импортные товары внутри категорий потребления: к примеру, французское вино вместо калифорнийского и немецкие машины вместо американских.

В сумме оказалось, что хотя корзины потребления сильно различаются между разными группами, их зависимость от импорта довольно близка: как из Китая, так и из развитых стран.

Каждая точка – автомобильный бренд. По горизонтали – доля людей с высшим образованием среди покупателей. По вертикали – доля машин конкретного бренда, произведенных в других странах (у многих брендов есть производство и в США, и вне). Положительная зависимость показывает, что образованные люди покупают (на 13%) больше иностранных машин.

Вторая часть статьи посвящена анализу влияния международной торговли на зарплаты. Мы похожим образом измеряем, какие группы американцев чаще работают в экспортных отраслях, а какие – в отраслях, которые теряют из-за конкуренции с иностранными товарами, и прочие подобные эффекты. Наконец, с помощью теоретической модели мы объединяем эффекты, связанные с ценами и зарплатами, и предсказываем, что, если все импортные тарифы повысятся (примерно это сейчас и происходит), то более образованные люди в среднем потеряют в благосостоянии больше, но и менее образованным тоже будет плохо.

N.B.: Как начинающему исследователю понять, где искать данные и представляют ли они исследовательский интерес?

Найти или собрать интересные данные сейчас очень важно (хотя пишут и теоретические статьи), и тут уж кто что придумает. Кто-то проходит стажировку в компании, которая собирает данные, например, про транзакции с банковских карточек и банковские активы. Кто-то добывает детальную государственную статистику. Получить доступ к микроданным американского Census Bureau про фирмы заняло у меня год бюрократических мучений; соединить их с микроданными про потребителей продукции этих фирм – много более содержательных усилий.

N.B.: Бесспорно, на PhD программе в Гарварде огромное количество хороших JMP, что создает здоровую конкуренцию среди экономистов. Какие проекты и статьи, которые тебя впечатлили, были реализованы твоими однокурсниками?

На моем курсе было много интересных job market papers, приведу пример самой успешной моей однокурсницы Heather Sarsons, которая станет профессором в бизнес-школе Университета Чикаго. Она изучает, как люди по-разному воспринимают сигналы о профессионализме мужчин и женщин. Её JMP про то, что происходит, если терапевт отправляет пациента к специалисту, а пациент вдруг умирает. Оказывается, что в будущем к специалисту-женщине терапевт будет отправлять пациентов реже, чем к специалисту-мужчине. Что ещё интереснее, терапевт не будет отправлять пациентов и к другим специалистам-женщинам!

Предыдущая статья Heather была о том, как профессорам экономистам дают постоянную позицию («tenure») в зависимости от качества публикаций – а это главная мера успешности карьеры. Представьте, что у публикации есть соавторы мужчина и женщина. Оказывается, что для мужчины такая статья будет цениться (т.е. повышать вероятность постоянной позиции) примерно так же, как если бы он был единственным автором, а вот женщине она не принесёт практически ничего. По-видимому, профессора, принимающие решения, заключают, что вклад женщины там был маленький. Такое восприятие информации может приводить к существенной разнице в зарплатах между полами, которая до сих пор является существенной проблемой в США и других странах.

Над интервью работали: Мария Гребенщикова, Виталия Елисеева, Екатерина Автонова, Максим Смирнов
 

Добавить комментарий

Меню
Вставить формулу как
Блок
Строка
Дополнительные настройки
Цвет формулы
Цвет текста
#333333
Используйте LaTeX для набора формулы
Предпросмотр
\({}\)
Формула не набрана
Вставить
%d такие блоггеры, как: